Фальсификация доказательств в суде. Законодательная база, ответственность, судебная практика.

Фальсификация доказательств

falsifikat

Гражданский кодекс рассматривает фальсификацию доказательств по гражданскому делу как уголовное деяние. Мера наказания за него предусматривается ч.1 ст.303 УК. Под самим понятием фальсификации в гражданском процессе следует понимать умышленное предоставление недостоверных фактов и документов, оформленных или полученных с нарушением законодательных норм и принципов. Такой вид доказательств признается судом ничтожным и утратившим доказательную силу.

К наиболее распространенным формам подделки документов и доказательств относят:

  • Допечатку текстов;
  • Подделку подписей;
  • Замену, добавление и изъятие внутренних листов документа;
  • Предъявление вновь созданного документа, содержащего ложные сведения( так называемый «интеллектуальный подлог») и т.д.

Причем уголовный кодекс четко разграничивает случаи с умышленной фабрикацией от предоставления доказательств, содержащих ошибочные сведения, не имеющих намерения направить судебное разбирательство по ложному пути.

Каким образом можно обнаружить и проверить подлог

falshСуществует несколько способы установления фактов искажения сведений:

  • Сопоставление сведений, содержащихся в документе с данными, полученными из других доказательств;
  • Проверка подлинности документа при помощи опроса лиц, присутствовавших при составлении;
  • Проверка подлинности с помощью сравнения почерка и подписи на документе, подлинность которого не подлежит сомнению. Суд имеет право сделать сличение самостоятельно, без привлечения экспертов.
  • Назначение соответствующей экспертизы или привлечение специалиста.

Как правило, если речь идет о документе, выступающем в роли физического носителя (паспорт, диплом и т.д.), факт фальсификации можно установить с помощью экспертизы. Её результаты показывают, по каким именно параметрам документ отличается от оригинального образца, в каком месте были сделаны подтирания и подчистки.

Вопросы, когда в документе, соответствующем установленному образцу, содержатся ложные сведения, требует более сложного подхода.

К примеру, в помещении до приватизации было зарегистрировано 4 человека, а в выписка из домовой книги содержит информацию только о 3 или 2 прописанных. В этом случае налицо злоупотребление сотрудником паспортного стола, который внес ложные данные в документ, своих обязанностей. В этом случае должностное лицо признается соучастником преступления.

Если такой документ выдан сотрудником государственной службы, действие квалифицируется как получение взятки, злоупотребление или превышение полномочий. Это преступление наказывается значительно более строгими мерами и предусматривает наказание в виде лишения свободы на длительный период.

Какие шаги необходимо предпринять, чтобы суд признал факт фальсификации

111Если факт фальсификации не является для суда очевидным, есть два способа разрешения ситуации:

  • Подача заявление о назначении почерковедческой, судебно-технической и другого вида экспертизы. В сложных ситуациях возможно проведение комплексного исследования с привлечением специалистов разных отраслей. Следует убедиться, что секретарь судебного заседания зафиксировал ваше ходатайство в протоколе. Экспертизы, как правило, платные. Но при удачном исходе дела их стоимость возмещается из бюджетных средств или взыскивается с виновного.
  • Подать заявление о возбуждении уголовного дела в полицейский отдел по месту нахождения суда, в котором данная фальсификация рассматривается как доказательство.

Первоначально должен быть реализован первый способ. Право заявления о фальсификации в ходе самого гражданского процесса предусмотрено нормами АПК ( ст.161) и ГПК (ст.186) РФ. Обязанность суда в возбуждении уголовного дела законом не предусмотрена. Поэтому если возможность самостоятельного доказательства подлога или подделки не представляется возможным , а судебный орган отказывает в экспертизе, следует обратиться с соответствующим заявлением в полицию.

Меры наказания за предоставление фальсифицированных сведений в гражданском процессе

Санкции ст.303 УК РФ предусматривают несколько видов ответственности за фальсификацию сведений:

  • Уголовный штраф в размере до 300 тыс. руб.
  • Обязательные работы на период до 480 часов.
  • Исправительный труд сроком до 24 месяцев.
  • Ограничение свободы на срок до 4 месяцев.

Description: Пакет документов, необходимых для составления ДКП. Как правильно составить договор купли продажи автомобиля. Меры предосторожности при составлении ДКП.

Оказывается, безвыходных ситуаций не бывает, и восстановить документ без наличия иных ценных бумаг также вполне возможно.

Трудность заключается в процессе восстановления данного документа, который зависит от места утери паспорта.

Мы рассмотрим, что делать если это произошло, как в чужом, так и в родном городе.

Прокурор разъясняет — Прокуратура Челябинской области

Разъясняет прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в арбитражном процессе Кашапова Р.М.

В судебном процессе фальсификация доказательств заключается в сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или представления ложных сведений.

Порядок заявления о фальсификации доказательств предусмотрен ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК Российской Федерации), в которой установлено, что если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, то суд:

— разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

— исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

— проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Если заявление о фальсификации доказательства сделано в устной форме в ходе судебного заседания, то арбитражный суд должен отразить это заявление в протоколе и разъяснить участвующему в деле лицу, сделавшему указанное устное заявление, право на подачу письменного заявления о фальсификации доказательства (п.36 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»). При этом в целях реализации лицом, сделавшим устное заявление о фальсификации доказательства, своего процессуального права на подачу соответствующего письменного заявления, как того требует ч. 1 ст. 161 АПК Российской Федерации, арбитражный суд должен предоставить ему время, необходимое для подготовки письменного заявления.

Если письменное заявление о фальсификации доказательства лицом, участвующем в деле, не подано, у арбитражного суда отсутствуют основания для его проверки по правилам ст. 161 АПК Российской Федерации.

Как лицо, заявившее о фальсификации, так и лицо, представившее доказательство, предупреждаются об уголовной ответственности, предусмотренной соответственно ст. ст. 306 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации. Суд вправе с согласия лица, представившего доказательство, исключить его из числа доказательств по делу. При отсутствии такого согласия судом проверяется обоснованность заявления. Иными словами, лицо, участвующее в деле, должно не голословно утверждать, что доказательство фальсифицировано, а указать мотивы, по которым оно сомневается в его достоверности.

Арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. При этом назначение экспертизы является лишь одним из возможных (но не обязательным) способов проверки обоснованности заявления о фальсификации. Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства суд отражает в протоколе судебного заседания.

Перечень проводимых мероприятий по проверке обоснованности заявления о фальсификации доказательств определяется судом с учетом конкретных обстоятельств дела. Проверка может быть проведена в частности путем сопоставления оспариваемого доказательства с другими доказательствами, имеющимися в деле, истребования дополнительных доказательств, допроса свидетелей и пр.

Невыполнение арбитражным судом обязанностей по проверке заявления о фальсификации доказательства (принятие доказательства, в отношении которого было сделано такое заявление, без проверки) свидетельствует о существенном нарушении норм процессуального права и служит основанием для отмены принятого по делу судебного акта.

Согласно определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 № 560-О-О закрепление в АПК Российской Федерации правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности.

По общему правилу заявление о фальсификации доказательства в порядке ст. 161 АПК Российской Федерации может быть сделано при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции. В суде апелляционной инстанции заявление о фальсификации может быть подано только в случаях, когда в силу объективных причин направившему его лицу ранее не были известны определенные факты. При этом к заявлению о фальсификации, которое представляется в апелляционном суде, должны быть приложены доказательства, обосновывающие невозможность его подачи в суд первой инстанции (абз.4 п.26постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Выводы, к которым приходит суд по результатам проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, с их обоснованием должны отражаться в решении, постановлении, принятым по существу спора.

Не дадим переписать историю: фальсификация или проблемы правоприменения ст. 303 УК РФ

Дело в том, что ст. 303 УК РФ имеет существенные изъяны, затрудняющие предмет и процесс доказывания. О сложностях применения данной нормы закона свидетельствует статистика Верховного суда РФ.

В 2016 году приговор суда по всем частям ст. 303 УК РФ состоялся в отношении 100 лиц. Всего приговоры по преступлениям против правосудия постановлены в отношении 10 689 лиц (менее 1%). Напомню, в главу 31 УК РФ (преступления против правосудия) входят 24 действующих нормы, и сама ст. 303 УК РФ, входящая в данную главу, существует со времен введения в действия УК РФ.

Рассмотрим проблемы, затрудняющие процесс доказывания.

Все начинается с объективной стороны – отсутствие в Уголовном кодексе РФ, постановлениях Пленума Верховного суда РФ и прочих официальных источниках единообразного определения фальсификации. Законодатель не расшифровывает, что такое фальсификация в ст. 303 УК РФ. Не секрет, что расшифровка тех или иных действий, указанных в диспозиции, присуща множеству норм особенной части УК РФ. О фальсификацию ни слова.

Следующий резонный вопрос: фальсификация – это только действия? Или она может иметь место в форме бездействия?

Яркий пример – активные действия по изготовлению подложного документа или искажения содержания документа выполняет лицо, не осведомленное о намерении использования указанного документа в качестве доказательства по гражданскому делу, либо лицо, не являющееся субъектом преступления. Представляет же фальсифицированное доказательство в суд уже иное лицо, являющееся субъектом преступления. Получается, что лицо достоверно знает о подложности данного доказательства, но каких-либо действий по изготовлению или искажению содержания доказательства не совершает. Наступает ли ответственность по ст. 303 УК РФ в этом случае? Существует различная судебная практика, но единообразное толкование Верховного суда РФ на этот счет отсутствует.

Отсюда вытекает другая проблема – в определении субъекта преступления. Ч. 1 ст. 303 УК РФ четко выделяет в качестве субъектов при фальсификации доказательств по гражданскому делу лицо, участвующее в деле, или его представителя. На практике установить, кто же сфальсифицировал доказательство, ровно как располагали ли субъекты информацией о подложном характере доказательства, крайней затруднительно. Зачастую действия по изготовлению или искажению доказательства совершены не субъектом данного преступления.

Третья проблема: что есть фальсификация для законодателя? Искажение формы или искажение содержания, может, то и другое? Опять же, единообразной судебной практики нет. Один пример – изготовление доказательства порочного по форме (подделки подписей, печатей, датирование документов, не соответствующее реальной дате и пр.), скажем, при утрате подлинного доказательства при условии, если содержание изготовленного и порочного по форме доказательства не искажено по отношению к существовавшему ранее доказательству. Вновь не понятно, будет ли иметь такое дело судебную перспективу.

Есть мнение, что к фальсификации можно относить и заблаговременное уничтожение документов или любых сведений с целью недопущения использования их в дальнейшем в качестве доказательств в судебном процессе. Опять же, единообразная судебная практика отсутствует.

Следующая проблема – фальсификация доказательств по делам, находящимся в производстве третейских судов, которые, как известно, не входят в судебную систему Российской Федерации и, следовательно, не осуществляют правосудие. Ст. 303 УК РФ является преступлением против правосудия. Вместе с тем на основе решений третейских судов судами, уже входящими в судебную систему, выдаются вполне реальные исполнительные листы.

Только указанные выше факты отбивают какое-либо желание у правоохранительных органов расследовать указанную категорию дел, поскольку закрадывается тень сомнений относительно судебной перспективы.

Второй пласт проблем – в установлении подлежащих доказыванию обстоятельств.

По указанной категории дел наличие вещественного доказательства имеет принципиальное значение: следствию (для доказанности вины) и суду (для постановления приговора) недостаточно сведений, отраженных в решениях или определениях арбитражных судов, или судов общей юрисдикции, по гражданским делам.

Даже при установлении последними факта фальсификации доказательств. Указанные решения судов по смыслу ст. 90 УПК РФ обладают преюдициальным значением, но требуют от следствия установления всех обстоятельств, подлежащих доказыванию, в рамках процедуры, регламентированной УПК РФ, поскольку предмет исследования в каждом виде судопроизводства имеет свои особенности, специфику и процессуальные правила доказывания по соответствующим делам. (Постановление Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан В. Д. Власенко и Е. А. Власенко").

Часто вещественное доказательство требуется для производства судебной экспертизы в рамках уголовного дела, поскольку в рамках рассмотрения гражданских дел судебные экспертизы, установившие факты фальсификации, не могут быть признаны в качестве судебных экспертиз по уголовным делам, потому как получены не в соответствии с требованиями УПК РФ. Таких экспертиз недостаточно для вывода следствия и суда по уголовному делу о доказанности факта фальсификации доказательства. Любые документы из гражданского дела, включая судебные экспертизы, могут лишь использоваться как иные документы в соответствии со ст. 84 УПК РФ.

Однако с вещественными доказательствами на практике возникают серьезные проблемы, ставящие крест на дальнейшей судебной перспективе уголовного дела. Зачастую суды, сами устанавливая факты фальсификации доказательств, выдают сторонам подлинники документов даже при наличии соответствующих писем от правоохранительных органов, ссылаясь на невозможность отказать стороне в выдаче оригиналов документов.

Еще одна процессуальная сложность – момент возбуждения уголовного дела. С одной стороны, УПК РФ не устанавливает специальный порядок для возбуждения уголовных дел указанной категории. С другой – для возбуждения уголовного дела необходимы поводы и достаточные основания, указывающие на признаки преступления, какими являются решения судов, установившие факт фальсификации.

Вот и получается, что пока "правоохранительная машина" дождется вступления в законную силу судебных решений, пока проводится доследственная проверка, оригиналы спорных документов возвращаются стороне.

Таким образом, указанная норма может стать рабочей, только после внесения в нее изменений:

– установления на законодательном уровне определения фальсификации;

– разделения действий (указанных в диспозиции ст. 303 УК РФ) на сами действия по фальсификации доказательств и по использованию заведомо сфальсифицированных доказательств в суде, расширения субъектного состава данного преступления.

Кроме того, Верховному суду РФ понадобится разъяснить проблемы, связанные с применением указанной нормы. Давайте зададимся вопросом: не получим ли мы многочисленные злоупотребления со стороны правоохранительных органов и череду "заказных" уголовных дел, если эта норма заработает в полную силу?

Может быть, пусть лучше висит она "дамокловым мечом" и применяется лишь в исключительных и вопиющих случаях.

Борьба с фальсификациями доказательств в арбитражном процессе. Продолжение

15 октября 2019 Госдума РФ приняла во втором чтении законопроект № 589321-7 О внесении изменений в ст. 188.1 АПК. Теперь при обнаружении арбитражным судом в действиях участников арбитражного процесса признаков преступления, арбитражный суд сообщает об этом в органы дознания или предварительного следствия. Автор статьи, выступая с докладом на Научно-практической конференции, проводимой в Юридическом институте ИГУ в 2018 году, анализировал текущие проблемы правоприменения при противодействии фальсификациям доказательств в арбитражном процессе, формулировал предложения по их решению. Закрепление обязанности суда сообщать о преступлении было названо необходимой, но не единственной мерой борьбы. Далее изложены тезисы доклада.

Ответственность за фальсификацию доказательств по гражданскому делу предусмотрена частью 1 статьи 303 Уголовного кодекса. По данным статистики Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2017 год число осужденных по указанному составу преступления составило 67 человек. Этот показатель остается приблизительно равным с 2006 года, осуждается от 50 до 70 человек в год. С учетом того, что число рассматриваемых арбитражными судами округов РФ гражданских дел за первое полугодие 2018 составило более 400 000, а судами общей юрисдикции – более 8 миллионов, можно было бы предположить, что факты фальсификации доказательств по гражданскому делу встречаются очень редко. Однако, судьей Верховного Суда РФ С.А. Асташовым приводятся результаты исследований, «проведенных относительно применения арбитражными судами ст. 161 АПК РФ — рассмотрение заявлений о фальсификации доказательств в арбитражном процессе — более 50% поданных в суд заявлений удовлетворяется». Не смотря на отсутствие данных об общем числе подаваемых заявлений о фальсификации, предположение о том, что соотношение составляет не менее 1 к 100, дает нам 85 000 заявлений о фальсификации в год, из которых, по утверждению судьи С.А. Асташова, удовлетворяется половина. При этом, осужденным по составу части 1 статьи 303 Уголовного кодекса, как видно из статистики, оказывается лишь каждый шестисотый.

В соответствии с Конституцией (ст. 118) правосудие осуществляется в Российской Федерации только судом. И Арбитражный процессуальный кодекс, и Гражданский процессуальный кодекс (статья 2 АПК, статья 2 ГПК) в качестве задач судопроизводства называют не только защиту прав и законных интересов соответствующих лиц, но и формирование уважительного отношения к закону и суду. Первая из двух названных задач реализуется, в том числе, путем вынесения судебных актов, основанных строго на фактах, установленных с помощью средств доказывания, перечисленных в законе (ст. 64 АПК РФ, ст. 55 ГПК РФ). Искажение сведений о фактах и, как следствие, вынесение неправосудных судебных актов, снижает доверие к судебной системе и делает недостижимой вторую из названных задач. В связи с чем, тезис о необходимости противодействия фальсификации доказательств по гражданским делам не нуждается в дополнительном обосновании, однако, существующее положение по привлечению виновных к ответственности, по мнению автора, является серьезным препятствием в достижении поставленной задачи.

Проблема применения к виновным лицам предусмотренных законом мер ответственности имеет целый ряд оснований, первая из которых – терминологическая.

Арбитражный процессуальный кодекс не содержит определения термина фальсификации. Гражданский процессуальный кодекс не только не содержит определения приведенного в ст. 303 УК понятия фальсификации доказательства, но подобный термин в указанном кодексе полностью отсутствует. Статья 186 ГПК предусматривает термин подложности доказательства, также не приводя его расшифровки. Для установления точного смысла приходится обращаться к позициям высшей судебной инстанции — Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ, которая лишь в 2006 г. разъяснила, что в соответствии с ч. 2 ст. 303 УК РФ под фальсификацией доказательств понимается не только искусственное создание, но и уничтожение доказательств.

Употребление в статье 303 УК термина «гражданские дела» тоже создает определенные проблемы в правоприменении. Следующий пример наглядно это демонстрирует.

При рассмотрении частной жалобы на отказ в восстановлении срока на кассационное обжалование в апелляционную инстанцию представитель стороны предъявил подложную выписку из истории болезни, чтобы подтвердить уважительность причины пропуска срока. Однако факт фальсификации документа был выявлен. Представителя стороны привлекли к уголовной ответственности. Районный суд вынес приговор по части первой ст. 303 УК РФ. На первый взгляд, фальсификация доказательств налицо. Но президиум соответствующего суда приговор отменил, указав, что поскольку производство по гражданскому делу уже закончено, а речь идет только о восстановлении срока, действия представителя стороны не образуют состава преступления по части первой ст. 303 УК РФ.

Аналогичные ситуации возможны в арбитражном процессе в приказном производстве или при разрешении ходатайств о принудительном исполнении на территории Российской Федерации решений иностранных судов.

Однако, проблема терминологии лишь первая из числа стоящих на пути привлечения к уголовной ответственности за фальсификацию доказательств в гражданских делах. Второй проблемой можно назвать образование самого состава преступления, а именно, установление умысла. Представление интересов по гражданским, арбитражным делам осуществляется в подавляющем большинстве случаев представителями сторон, которые и представляют доказательства в дело. И когда встает вопрос о том, что доказательство признается фальсифицированным, выясняется, что оно было представлено одним лицом – представителем, а вот кем изготовлено и для каких целей, установить не удается.

Почему так происходит? Можно предположить, что в первую очередь, по причине того, что часть 1 статьи 303 УК РФ является относительной новеллой в отечественном уголовном праве. Действует она с 1996 года. Считается, что в советском уголовном праве подобной нормы не существовало. Видимо, недостаточная проработка в Уголовном кодексе 1996 года состава вызвана тем, что полномочиями по сбору и представлению доказательств наделен следователь и проблема, озвученная выше, в уголовном процессе, в отличие от гражданского, просто отсутствует. И законодатель, вводя норму, не ожидал подобной проблемы ее применения. Однако почему с 1996 года норма не подверглась доработке, позволившей бы увеличить её эффективность, остается неясным.

Еще одной проблемой на пути применения ответственности по ч. 1 ст. 303 УК РФ, являются сроки. Поскольку фальсификация доказательств по гражданскому делу отнесена Уголовным кодексом РФ к преступлениям небольшой тяжести, срок давности составляет два года. По мнению автора, указанный срок является недостаточным.

Таким образом, все перечисленные проблемы становятся серьезным препятствием на пути достижения задач судопроизводства, озвученных выше: и защита прав и законных интересов соответствующих лиц, и формирование уважительного отношения к закону и суду. Противоправное поведение в отсутствие работающей схемы по привлечению к ответственности будет только шириться.

Автор полагает, что в настоящее время отсутствуют эффективные способы решения озвученной проблемы de lege lata и необходимо внесение изменений в действующее законодательство в части:

1. Увеличения ответственности по части 1 статьи 303 УК РФ, чтобы переведя преступление в состав тяжких, увеличить срок давности привлечения к уголовной ответственности.

2. Доработать формулировку статьи 303 УК РФ, предусмотрев ответственность не за фальсификацию доказательств по гражданским делам, а по предложению судьи Верховного Суда РФ С.В. Асташова, а за «фальсификацию в гражданском судопроизводстве».

3. Внести в АПК и ГПК норму, обязывающему судей сообщать о каждом случае фальсификации доказательств в правоохранительные органы для проведения проверки, а в отношении адвокатов – в соответствующее адвокатское образование.

Статья 303 УК РФ. Фальсификация доказательств и результатов оперативно-разыскной деятельности

1. Фальсификация доказательств по гражданскому, административному делу лицом, участвующим в деле, или его представителем, а равно фальсификация доказательств по делу об административном правонарушении участником производства по делу об административном правонарушении или его представителем, а равно фальсификация доказательств должностным лицом, уполномоченным рассматривать дела об административных правонарушениях, либо должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, —

наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до четырех месяцев.

2. Фальсификация доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или защитником —

наказывается ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

3. Фальсификация доказательств по уголовному делу о тяжком или об особо тяжком преступлении, а равно фальсификация доказательств, повлекшая тяжкие последствия, —

наказывается лишением свободы на срок до семи лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

4. Фальсификация результатов оперативно-разыскной деятельности лицом, уполномоченным на проведение оперативно-разыскных мероприятий, в целях уголовного преследования лица, заведомо непричастного к совершению преступления, либо в целях причинения вреда чести, достоинству и деловой репутации —

наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двенадцати месяцев, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до четырех лет.

Комментарии к ст. 303 УК РФ

1. В законе ответственность дифференцирована в зависимости от ряда обстоятельств. Частью 1 комментируемой статьи охватывается фальсификация доказательств по гражданскому делу, ч. 2 — по уголовному делу, в ч. 3 закреплены квалифицированные виды этих преступлений.

2. Объектом является нормальная деятельность суда и органов прокуратуры, предварительного расследования по получению достоверных доказательств. В качестве факультативного объекта могут быть интересы потерпевшего. Предмет преступления — доказательства по гражданскому или уголовному делу. Их понятие раскрывается в гражданском процессуальном, арбитражном процессуальном и уголовно-процессуальном праве.

3. Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 303, характеризуется фальсификацией доказательств по гражданскому делу. Фальсификация означает искажение фактических данных, являющихся доказательствами. Она может проявляться в разных формах: внесение ложных сведений в документы, их подделка, подчистка, пометка другим числом. В этом случае, по существу, речь идет о так называемом материальном подлоге документа как источника доказательств. Фальсификация может выражаться и в так называемом интеллектуальном подлоге: лицом, участвующим в деле, составляются письменные доказательства, ложные по содержанию (например, письмо, в котором содержится признание долга).

4. Преступление имеет формальный состав, признается оконченным с момента предъявления фальсифицированного доказательства суду. Для квалификации содеянного не имеет значения, повлияло ли оно на вынесение решения по гражданскому делу.

Не охватываются составом рассматриваемого преступления заведомо ложные показание, заключение эксперта или неправильный перевод. Указанные действия образуют самостоятельное преступление, предусмотренное ст. 307 УК.

5. С субъективной стороны преступление характеризуется прямым умыслом. Мотивы значения для квалификации не имеют.

6. Субъект преступления — лицо, участвующее в деле, или его представитель. Понятие «лицо, участвующее в деле» в данном составе преступления употребляется в том же значении, что и в других составах. Однако надо иметь в виду, что из их числа исключаются по указанным выше причинам свидетель, потерпевший, эксперт и переводчик. Понятие представителя дано в гражданском процессуальном и арбитражном процессуальном праве. Представителем может быть гражданин, имеющий надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела.

Не несут ответственности по ч. 1 ст. 303 должностные лица. Фальсификация доказательств, совершаемая ими, признается служебным подлогом и квалифицируется по ст. 292 УК.

7. Часть 2 комментируемой статьи предусматривает ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу. Она может выразиться в разных формах подлога материалов уголовного дела: составление протоколов допросов при их непроведении, внесение в них сведений, о которых не сообщал допрашиваемый, внесение изменений в заключение эксперта и т.п.

Лицом, производящим дознание, следователем и прокурором в этом случае совершается специальный вид служебного подлога, выделенный законодателем в самостоятельное преступление, в связи с чем дополнительной квалификации таких действий по ст. 292 УК не требуется.

Защитником по уголовному делу могут быть фальсифицированы документы, вещественные доказательства, приобщаемые к делу по его ходатайству.

8. Момент окончания преступления определяется в зависимости от того, кем оно совершено. Фальсификация доказательств лицом, производящим дознание, следователем и прокурором будет оконченной с момента совершения указанных действий; фальсификация доказательств защитником — с момента предъявления их органам дознания, предварительного следствия или суду.

9. Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

10. Субъект преступления по ч. 2 статьи иной, чем по ч. 1 ст. 303. Им являются прокурор, следователь, лицо, производящее дознание (дознаватель), и защитник.

11. Квалифицирующими признаками являются: а) фальсификация доказательств по уголовному делу о тяжком или особо тяжком преступлении; б) фальсификация доказательств, повлекшая тяжкие последствия (ч. 3 ст. 303).

Законодатель не определяет тот вред, который признается тяжким, предоставляя это делать суду с учетом всех обстоятельств. Приговорение лица к лишению свободы, самоубийство или покушение на самоубийство незаконно осужденного или его близких, незаконное взыскание, приведшее к банкротству предприятия, разорению предпринимателя, фермера и т.п., могут признаваться в качестве тяжких последствий.

Решение Верховного суда: Определение N 8-О11-7 от 26.05.2011 Судебная коллегия по уголовным делам, кассация

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Нестерова В.В судей Хомицкой Т.П. и Шалумова М.С при секретаре Кошкиной А.М рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу адвоката Гробова С М . на приговор Ярославского областного суда от 25 марта 2011 года, которым

не судимый осужден по ч. 2 ст. 303 УК РФ к 1 году лишения свободы условно, с применением ст. 73 с испытательным сроком на 2 года, с возложением обязательств в период испытательного срока без уведомления специализированного органа не менять постоянного места жительства, с лишением права в течении 2 лет занимать в системе правоохранительных органов должности следователя, дознавателя и лица, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Коровкин А С . осужден за то, что, будучи следователем отдела следственного управления при УВД по г. совершил фальсификацию доказательств по уголовному делу, возбужденному по

признакам состава преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Преступление совершено в период с 30 марта по 13 апреля 2010 года в г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Хомицкой Т.П., объяснения Коровкина АС. и выступление адвоката Гробова СМ. в защиту осужденного Коровкина АС. об отмене приговора и прекращении дела за отсутствием состава преступления, мнение прокурора Митюшова В.П. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

установила в кассационной жалобе и дополнениям к ней адвокат Гробов СМ в защиту осужденного Коровкина АС. просит приговор суда отменить, дело прекратить за отсутствием в действиях состава преступления предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ.

В обоснование своих доводов дает собственные анализ и оценку исследованным в суде доказательствам, а также нормам уголовного и уголовно-процессуального закона. Считает содержащиеся в приговоре выводы не соответствующими фактическим обстоятельствам дела полученными с нарушениями норм УК и УПК РФ, в частности ст. ст. 73, 74, 252 УПК РФ о предмете доказывания, об обязательности установления мотива и цели преступления, о форме и существе обвинения, о том, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения. При этом также повторяет ранее представленные в суде доводы, связанные с авторским комментированием диспозиции ст. 303 УК РФ.

Утверждает, что следователь Коровкин не был полномочен проводить следственные действия ввиду ненадлежащего оформления передачи ему уголовного дела и отсутствия постановления о принятии им уголовного дела к своему производству. Считает, что доказательствами по делу являются не протоколы допросов и очных ставок, а показания свидетелей изложенные в этих протоколах, в связи с чем Коровкиным не были сфальсифицированы сведения о фактах, а лишь дополнены носители Также указывает, что его подзащитным были внесены реквизиты протокола в уже имеющиеся в деле недопустимые доказательства поскольку они были оформлены в виде опросов и до возбуждения уголовного дела.

Полагает, что в действиях Коровкина отсутствует как объективная так и субъективная сторона преступления, поскольку ни по форме, ни по существу нельзя было использовать ущербные протоколы в процессе доказывания, как напечатанные дознавателем К так и

2 дозаполненные от руки следователем Коровкиным. Следовательно, не причинено и существенного вреда, в связи с чем адвокат усматривает в действиях своего подзащитного лишь признаки дисциплинарного проступка, поскольку им совершено сокрытие нарушения требований норм УПК РФ, относящихся к форме документа.

Кроме того, фактически соглашаясь, что вмененные Коровкину действия совершены им, ссылается на их малозначительность ввиду того, что, по мнению адвоката, они не повлекли никаких последствий и не противоречили назначению уголовного судопроизводства, как оно определено в ст. 6 УПК РФ.

В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Смирнова Е В . со ссылкой на материалы дела, исследованные в суде доказательства и позиции сторон, опровергает доводы жалобы, которые просит оставить без удовлетворения, а приговор — без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалобы и возражений, Судебная коллегия находит приговор суда соответствующим требованиям законности, обоснованности и мотивированности, а потому не подлежащим изменению или отмене.

Содержащиеся в приговоре выводы о фактических обстоятельствах совершенного Коровкиным в условиях очевидности деяния, основаны на совокупности всесторонне исследованных и проверенных в судебном заседании доказательств, анализ которых содержится в приговоре и соответствует нормам УПК РФ.

Суд, оценив их, в том числе с точки зрения относимости, допустимости достоверности, а в их совокупности — достаточности, как это предусмотрено ст. 88 УПК РФ, пришел к мотивированному выводу о доказанности виновности осужденного в фальсификации доказательств.

Так, материалами дела бесспорно установлено, что Коровкин, являясь следователем следственного отдела внутренних дел, сфальсифицировал доказательства по уголовному делу № возбужденному 29 марта 2010 года по заявлению потерпевшего о хищении автомобиля, то есть сознательно исказил представленные им доказательства. В данном случае имела место подделка протоколов следственных действий — по фиксации показаний свидетелей С М К П и Е а также протоколов очной ставки между М и К , М и С Коровкиным в данных протоколах были указаны свои должность, звание, фамилия и инициалы, как лица якобы проводившего эти следственные действия, а также недостоверные дата и время проведения следственных действий.

Несмотря на непризнание своей вины, Коровкин в судебном заседании пояснил, что 30 марта 2010 года ознакомившись с материалами уголовного дела, в том числе протоколами допросов и очных ставок, которые не были дооформлены, не проводя следственных действий, решил указать в них все необходимые реквизиты и подписать.

Обосновывая выводы о доказанности вины Коровкина в фальсификации доказательств, суд в приговоре обоснованно сослался на показания свидетелей К С которые пояснили, что в протоколах стоят неверные даты, следователь Коровкин их не допрашивал, он им не знаком. Свидетель К подтвердила, что 28 марта 2010 года оформила соответствующие протоколы, но не проставила в них необходимые реквизиты и приобщила к материалам дела, желая сделать это в последующем. С этой же точки зрения обоснованно оценены судом и показания других свидетелей, каждый из которых в той или иной степени подтвердили недостоверность изложенных в протоколах записей, сделанных осужденным, а также заключения судебных почерковедческих экспертиз.

Фактическое принятие следователем Коровкиным уголовного дела к производству 30 марта 2010 года подтверждается, кроме его собственных показаний, соответствующим указанием заместителя начальника следствия от 30 марта 2010 года (т. 1 л.д. 306), постановлением следователя Коровкина от 30 марта 2010 года о принятии дела к своему производству (т. 2 л.д. 95), выпиской из графика дежурств следователя Коровкина., что опровергает доводы защиты о нарушении процедуры принятия уголовного дела к производству осужденным. Более того установленные судом обстоятельства по подделке документов должностным лицом не могут ставиться в зависимость от соблюдения порядка по их принятию.

Несостоятельны и доводы защиты о том, что доказательствами по делу являются не протоколы, а содержание показаний допрошенных лиц внесение же недостающих реквизитов, по мнению адвоката, в протоколы следственных действий не влечет искажение содержащейся в них информации и, следовательно, не может рассматриваться как фальсификация доказательств.

Согласно ст. 83 УПК РФ протоколы следственных действий допускаются в качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным УПК РФ. Положения ч. 1 ст. 75 УПК РФ категоричны к мнению стороны защиты, поскольку «доказательства полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также

л использоваться для доказывания любого из обстоятельств предусмотренных ст. 73 УПК РФ».

Само по себе содержание протоколов допросов свидетелей и протоколов очных ставок не может считаться доказательством, если не соблюдены требования ст. 166, 190 УПК РФ. То есть несоблюдение установленной формы допроса исключает возможность использования его содержания, как доказательства. Согласно ст. 166,190 УПК РФ, протокол следственного действия составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания. Поскольку следователем Коровкиным в стремлении придать недопустимым доказательствам вид допустимых, допросы не проводились, он и не имел права досоставлять их, подписывать и приобщать к материалам дела.

Доводы о том, что фактические данные, изложенные в показаниях свидетелей не были искажены, не влияют на правильность выводов суда в отношении осужденного, поскольку весь протокол является фальсифицированным источником доказательств.

В соответствии с действующим законодательством в обязанности следователя входит сбор доказательств по делу в установленном законом порядке в целях обеспечения по делу правосудия. За соблюдение установленного порядка сбора доказательств следователь несет персональную ответственность. Из материалов настоящего дела следует что следователем были представлены фальсифицированные доказательства что согласно ст. 303 УК РФ образует состав преступления, в связи с чем судом правильно квалифицированы действия Коровкина.

В соответствии с ч. 2 ст. 303 УК РФ под фальсификацией доказательств понимается искусственное создание или уничтожение доказательств независимо от того, являются ли они доказательствами обвинения или защиты, а также независимо от наступления каких-либо последствий, от того являлось ли целью фальсификации доказательств осуждение лица или наоборот, его оправдание либо иная цель, как это установлено судом по делу в соответствии с предусмотренным ст. 73 УПК РФ предметом доказывания.

Вопреки доводам жалобы, предмет фальсификации по делу и момент окончания этого формального состава преступления также определены правильно. Инкриминированное преступление признается оконченным с момента, предъявления надлежащим специальным субъектом соответствующего предмета как доказательства для приобщения к материалам дела. Признание или непризнание впоследствии этого доказательства недопустимым не влияет на квалификацию содеянного как оконченного преступления.

Субъективная сторона деяния характеризуется прямым умыслом, при котором виновный осознает, что изменяет содержание или иные характеристики используемой в ходе предварительного расследования доказательственной информации и желает этого, что установлено по настоящему делу, исходя из личного и виновного характера действий осужденного. Мотивы и цели могут быть любыми и на квалификацию преступления они не влияют.

Заявления стороны защиты о малозначительности содеянного, в том числе и о внесении Коровкиным в протоколы дополнений в целях незамедлительного направления материалов в прокуратуру, обоснованно расценены судом как форма защиты, надлежаще мотивированы и опровергнуты в приговоре.

При оценке деяния с точки зрения малозначительности учитывается не наступление последствий (формальный состав), а угроза их наступления. Коровкин, полностью «заполнив» доказательственную базу по делу фальсифицированными источниками доказательств (семь следственных действий, фактически, показания всех лиц по делу), при отсутствии хотя бы одного законного доказательства, создал прямую угрозу принятия по делу незаконных решений как следствием прокуратурой, так и судом, что и охватывалось его умыслом. Объемы допущенной Коровкиным фальсификации не сравнимы со случаями, когда практикой признается малозначительность содеянного.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену состоявшегося судебного решения, в ходе рассмотрения дела не допущено в том числе и положений ст. 252 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, Коровкину было предъявлено обвинение в указании в протоколах следственных действий своей должности классного чина, фамилии с инициалами, недостоверной даты и времени следственных действий, что подтверждено и самим осужденным в судебном заседании, и установлено судом при оценке совокупности доказательств.

При назначении наказания судом приняты во внимание положения ст. 6, 60, 61 УК РФ о его справедливости и индивидуализации Наказание судом определено и мотивировано с учетом степени общественной опасности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, а также положительных характеристик и иных сведений о личности осужденного.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.377, 378 и 388 УПК РФ судебная коллегия

определила приговор Ярославского областного суда от 25 марта 2011 года в отношении Коровкина А С оставить без изме

изменения а кассационную жалобу адвоката Гробова СМ. — без удовлетворения Председательствующий (подпись Судьи: (2 подписи)

дьявольский возлюбленный 3 сезон дата выхода

сумерки 6 закат вечности дата выхода фильма

богатырь и серый волк смотреть онлайн

Ссылка на основную публикацию
×
×
Adblock
detector